Центр Анализа Стратегий и Технологий Центр Анализа Стратегий и Технологий
Новости
30 Август 2016 года
Вышел №4'2016 (июль-август) журнала «Экспорт вооружений»

22 Июль 2016 года
Вышел №3’2016 (май-июнь) журнала «Экспорт вооружений»

12 Май 2016 года
Вышел №2’2016 (март-апрель) журнала «Экспорт вооружений»

04 Апрель 2016 года
Центр АСТ выпустил книгу «Новые военно-промышленные державы»

14 Март 2016 года
Вышел №1'2016 (январь-февраль) журнала «Экспорт вооружений»

11 Март 2016 года
Центр АСТ – 20 лет научной деятельности в интересах российского ОПК
10 марта 2016 года состоялся праздничный прием по случаю 20-летия научной деятельности Центра анализа стратегий и технологий.

02 Февраль 2016 года
Вышел №6'2015 (ноябрь-декабрь) журнала «Экспорт вооружений»

24 Декабрь 2015 года
Центр АСТ выпустил книгу «Радиоэлектронная борьба. От экспериментов прошлого до решающего фронта будущего»

13 Ноябрь 2015 года
Вышел №5'2015 (сентябрь-октябрь) журнала «Экспорт вооружений»

17 Сентябрь 2015 года
Вышел №4'2015 (июль -август) журнала «Экспорт вооружений»

Архив новостей



Комментарии Центра АСТ
 29 Июнь 2004 года
Выживает сильнейший
Государственной политики в оборонке больше нет

Русский фокус 28.06.2004 №23

Руслан Пухов, директор центра анализа стратегий и технологий

Состоявшееся банкротство государства в части предложения обществу и промышленному сообществу реалистичных доктрин совсем не обязательно окажется злом. Пока чиновники писали программы и концепции, живущие от силы два-три года, жизнь шла своим чередом. Усилиями самих экономических игроков - владельцев частных компаний, топ-менеджеров, в том числе и нанятых государством, банковских и других финансовых структур - картография российской оборонной промышленности радикально изменилась по сравнению с пейзажем четырехлетней давности. В 2000 г. на единый баланс перешла РСК "МиГ", к 2003 г. завершилось формирование АХК "Сухой" и НПК "Иркут", корпорации "Тактическое ракетное вооружение", "Аэрокосмическое оборудование" и Балтийской объединенной судостроительной компании. До конца этого года будет создана корпоративная структура, объединяющая разработчика и производителей вертолетов марки "Ми". Пожалуй, единственной компанией, при создании которой государство сыграло ведущую позитивную роль, является АХК "Сухой". В других случаях ими стали либо руководители предприятий, либо их хозяева, либо внешние игроки, как, например, экспортер "Рособоронэкспорт", действующий через компанию "Оборонпром".

Основной акцент делается на процессах консолидации предприятий и конструкторских бюро (КБ) в единые компании. Предполагается, что крупные экономические единицы могут эффективнее конкурировать на мировом рынке и обладают большими возможностями буквально во всех областях: в сфере проведения НИОКР, маркетинга своей продукции, оптимизации производства, модернизации основных фондов и так далее. Кроме того, слияния КБ и серийных заводов в интегрированные структуры позволяют преодолеть наследие советской структуры ОПК, при которой научно-исследовательские организации были отделены от производственных мощностей.

На вице-премьерских качелях: программа деприватизации Клебанова

В последние пять-шесть лет в России проявились два основных подхода к реструктуризации оборонной промышленности - условно говоря, "клебановский" и "алешинский". Первый нашел свое выражение в "Программе реструктуризации и развития оборонной промышленности на период 2002-2006 годов". Второй - в так и не успевшей пока стать официальным документом концепции создания Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК). Одобренная в конце 2001 г. правительством "Программа…" до сих пор остается основным официальным доктринальным документом, описывающим политику государства в части реструктуризации ОПК. Программа предусматривает создание ограниченного числа вертикально интегрированных компаний в каждой отрасли оборонной промышленности. Документ открыто декларирует приоритет государственного управления ОПК перед частной инициативой - вновь создаваемые интегрированные структуры должны находиться под контролем государства, такие вновь созданные государственные компании будут иметь приоритет при распределении государственного оборонного заказа и при получении экспортных контрактов.

Наиболее показательными являются планы в отношении авиационной промышленности. На первом этапе, с 2002 по 2004 гг., предполагалось завершить построение вертикально интегрированных компаний первого уровня на основе старых советских брэндов - "МиГ", "Сухой", "Ильюшин", "Туполев". Уже на этом этапе ряд положений программы вызывал опасения о возможной частичной деприватизации ряда частных предприятий и компаний. Например, в состав АХК "Сухой" предполагалось включить Иркутский авиазавод (сейчас НПК "Иркут"), лишь 14,7% акций которого контролировал предшественник АХК "Сухой" - Авиационно-промышленный комплекс "Сухой". Согласно Программе, корпорация "МиГ" должна была включать нижегородский завод "Сокол", контролируемый частной группой компаний "Каскол". Любопытно также, что в области двигателестроения вовсе не упоминается НПО "Сатурн", наиболее агрессивная и динамичная моторостроительная компания - как нетрудно догадаться, преимущественно частная.

В Программе фактически содержалось указание на конкретные инструменты проведения деприватизации. По замыслу Клебанова , следовало провести переоценку интеллектуальной собственности, которой пользуются все, в том числе и частные компании ОПК. Понятно, что подавляющая часть научных заделов и разработок была создана еще в советское время и теоретически принадлежит государству. Переоценка номинальной стоимости интеллектуальной собственности (в сторону повышения, естественно) позволила бы увеличить и долю государства в капитале частных или получастных предприятий. Неповоротливая российская бюрократия не успела реализовать этот план - весной 2003 г. Илья Клебанов потерял пост вице-премьера, оставшись "простым" министром промышленности, науки и торговли. Заместителем премьера стал Борис Алешин, который и по своим взглядам, и по принадлежности к аппаратным кланам является радикальным оппонентом своего предшественника.

Программа Алешина: взять все и слить

Сразу после своего назначения на пост вице-премьера, курирующего промышленную политику, Борис Алешин стал высказываться за гораздо более радикальный вариант консолидации самолетостроения, который предусматривал создание одной самолетостроительной корпорации - Объединенной авиастроительной компании, причем уже к 2007 г. и без промежуточных этапов в виде создания интегрированных компаний первого уровня. В течение осени 2003 г. велась активная подготовка документации по ОАК. В декабре 2003 г. в распоряжении журналистов оказался один из вариантов документа. Согласно его тексту, в ОАК должны были войти все существующие экономические субъекты вне зависимости от формы собственности, но работающие только в области проектирования и постройки авиационных платформ. Об интеграции в ОАК двигателистов и прибористов в документе речи не было.

Революционной чертой новой концепции реструктуризации авиапрома, самым радикальным образом отличающей ее от клебановской Программы реструктуризации ОПК, явилось декларированное в проекте документа намерение оставить в государственной собственности лишь блокирующий пакет акций. По замыслу Бориса Алешина, единая корпорация должна конкурировать на внешнем рынке, при этом в основе ее конкурентоспособности будет находиться государственный оборонный заказ, главным образом по программе создания боевого авиационного комплекса пятого поколения. При этом внутринациональная конкурентная среда на уровне агрегатов и комплектующих, т. е. прежде всего двигателистов, радаристов и прибористов, должна быть сохранена. Нетрудно заметить, что концепция строительства ОАК разрабатывалась под явным влиянием примера европейской корпорации EADS, с тем лишь отличием, что европейская компания изначально создавалась как международная, в то время как ОАК пока остается национальным предприятием.

Таким образом, к декабрю 2003 г. появились более чем явные признаки ревизии концептуального наследства Ильи Клебанова. Вместо двух клебановских полюсов авиапромышленности проект новой доктрины предусматривал создание одного, вместо преобладания государственного влияния - преимущественно частное владение новой корпорацией, в отличие от Программы реструктуризации концепция ОАК не затрагивала вертолетостроительный сектор, где к этому времени сформировались собственные игроки и свои подходы к интеграции. Возможно, клебановские и алешинские подходы относительно соотношения частного и государственного капитала в авиапроме в реальности оказались бы достаточно близкими. Вероятно, три четверти акций ОАК не могут быть немедленно переданы негосударственным владельцам. Равным образом, на поздних этапах создания клебановских авиационных суперкомпаний государство могло уступить контроль частным владельцам. Тем не менее сам изначальный подход к ОАК как к преимущественно негосударственному экономическому субъекту весьма примечателен.

В проекте концепции ОАК, так же как и клебановской Программе, не содержится указаний на конкретные механизмы консолидации авиапрома. И подобно тому, как годом ранее в неформальных беседах свою беспомощность в этом отношении признавали чиновники Минпронауки, на этот раз организационное бессилие признавал один из идеологов и лоббистов ОАК президент НПК "Иркут" Алексей Федоров. По всей видимости, конкретный алгоритм построения ОАК так и не был выработан до момента формирования нового правительства, в котором политический вес Бориса Алешина самым драматическим образом понизился. Надо отметить, что концепция ОАК так и не стала официальным правительственным документом, оставшись всего лишь недоработанным проектом. Все это время формально продолжает действовать Программа реструктуризации ОПК на период 2002-2006 гг.

В зоне пустоты и анархии

Структура нового правительства в части, касающейся управления оборонно-промышленным комплексом, представляется абсолютно неработоспособной. Даже в собственно правительственной вертикали полюса принятия решений, центры бюрократической власти оказались размыты. По всей видимости, в ближайшее время сложится ситуация интенсивной конкуренции между департаментами Министерства промышленности и энергетики, с одной стороны, и Федеральным агентством по промышленности - с другой.

Помимо формальных центров наблюдается резкое усиление влияния центров неформальных. Прежде всего - это отдельные персоналии в администрации президента, например Виктор Иванов, который и ранее контролировал процесс консолидации в области разработки и производства средств ПВО ("Концерн ПВО") и который резко усилил свое вмешательство в авиапроме с октября 2003 г., когда имел место кадровый кризис в РСК "МиГ" (отставка Николая Никитина и назначение Валерия Торянина). В секторе разработки и производства вертолетов ключевым игроком становится новый генеральный директор "Рособоронэкспота" Сергей Чемезов, который через подконтрольное ему ОАО "О.П.К. Оборонпром" активно строит холдинг, объединяющий все вертолетные заводы и КБ "милевской" кооперации. В кораблестроительной области консолидация активов происходит на рыночной основе вне рамок правительственных программ, основными игроками здесь стали группа компаний ИСТ (владелец - Александр Несис), контролирующая Балтийский завод, и Межпромбанк (фактический глава - Сергей Пугачев), ставший фактическим владельцем "Северной верфи". В сущности, реальная экономическая практика оказалась главным арбитром в конкуренции дирижистских и либеральных подходов к ОПК. Парализованное в результате мартовской административной реформы государство - по крайней мере на время - сделало оборонную промышленность полем более или менее свободной конкуренции примерно полудюжины экономических и политико-аппаратных групп, которые, даже поднимая знамя государственного контроля в "стратегически важной отрасли", в реальности преследуют интересы вполне меркантильные.



   © 1997—2019 Центр анализа стратегий и технологий
Дизайн:
Integrum-Design ©  2003